Надежды и реалии новой Боливии: политический перелом в условиях многополярного мира

Внутриполитический ландшафт: конец эпохи МАS и вызовы новой власти

Победа Родриго Паса на президентских выборах в октябре 2025 года стала возможной благодаря уникальному стечению обстоятельств: глубокому экономическому кризису в стране, внутреннему расколу в рядах правящей партии «Движение к социализму» (MAS) и фундаментальным изменениям в самом боливийском обществе. Два десятилетия правления МАS под руководством Эво Моралеса кардинально изменили страну. Была принята новая конституция, институционализировавшая права коренных народов, проведена масштабная социальная политика, сократившая бедность, и сформирован новый класс коренной бюрократии и бизнес-элиты. Однако к 2025 году партия, когда-то являющаяся монолитом, оказалась глубоко расколота внутренними конфликтами между фракциями Моралеса и его соратника, уходящего президента Луиса Арсе. Это обстоятельство, помноженное на коррупционные скандалы и обвинения Моралеса в связях с наркотрафиком, привело к катастрофическому результату на парламентских выборах: некогда доминирующая политическая сила набрала чуть более 3% голосов в Палату депутатов и не получив ни одного места в Сенате. Однако, несмотря на электоральное поражение, МАS сохраняет мощные механизмы уличной мобилизации и будет оставаться серьезной силой, способной блокировать непопулярные реформы нового правительства.

Вместе с тем следует отметить, что состоявшиеся выборы изменили политическую реальность в стране. Политическая карта Боливии стала плюралистичной и фрагментированной. Пропрезидентская христианско-демократическая партия стала крупнейшей фракцией, но не получила абсолютного устойчивого большинства в парламенте, что вынуждает её вступать в сложные коалиции с другими правоцентристскими и правыми силами для проведения законов. При этом боливийские избиратели не просто переизбрали президента - они кардинально переформатировали весь политический ландшафт страны. Ключевым игроком становится не партия, а само гражданское общество, особенно мощные организации коренных народов, которые больше не объединены под знаменем МАS. Новое правительство Боливии столкнется с необходимостью вести тонкую игру по принципу «разделяй и властвуй», строя тактические альянсы с одними группами и сдерживая других, чтобы обеспечить управляемость. Следует отметить, что особую роль во властных структурах страны будет играть вице-президент Эдман Лара, бывший полицейский и борец с коррупцией, чья популярность в соцсетях нередко затмевает известность самого президента Паса. Его фигура символизирует запрос общества на обновление и борьбу с продажностью госаппарата.

Примечательно, что избиратели, особенно в таких традиционных оплотах МАS, как город Эль-Альто, проголосовали за Паса прежде всего из-за катастрофического экономического положения. Однако этот же электорат резко выступает против мер жёсткой экономии, которые, по всей видимости, будут неизбежны. Таким образом, правительство Паса получило мандат на перемены, который тут же наталкивается на четкие социальные ограничения. Успех его администрации будет зависеть от способности проводить необходимые болезненные реформы, не спровоцировав при этом масштабных социальных протестов, которые в прошлом не раз приводили к смене власти в стране.

Экономика на распутье: между кризисом наследия и болезненной стабилизацией

Боливийская экономика находится в состоянии тяжелейшего за последние 40 лет кризиса, корни которого уходят в политику предыдущих правительств. Модель развития, основанная на экспорте природного газа, являющего основным источником формирования национального бюджета, себя исчерпала. Суперцикл высоких цен на углеводороды завершился ещё в 2014 году, но правительство годами откладывало необходимые коррективы. Чтобы поддерживать фиксированный курс боливиано к доллару (6,96 боливиано к 1 доллару США с 2011 года) и финансировать растущий бюджетный дефицит, Центральный банк Боливии истощил международные резервы, которые сократились с рекордных $ 14 млрд в 2014 году до менее $ 2 млрд к 2025 году. Когда накопленные резервы подошли к концу, власти стали финансировать растущий дефицит через денежную эмиссию, что привело к взрывному росту инфляции, достигшей 25,15 % к августу 2025 года. Страна столкнулась с острой нехваткой долларов, девальвацией на чёрном рынке и хроническим дефицитом топлива, превратившим очереди на заправках в часть повседневной жизни. Еще одной проблемой, подрывающей экономическую стабильность страны, является ее низкая экономическая привлекательность. Доля Боливии в общем объеме прямых иностранных инвестиций в Латинскую Америку в 2023 году составила всего лишь 0,2% (около $ 240 млн). Для сравнения, Перу привлекла в этом же году $ 4,3 млрд, а Колумбия – $ 16,8 млрд.

Эксперты и международные институты сходятся во мнении, что для остановки кризиса новому правительству Боливии необходима комплексная программа стабилизации. Её основой является резкое сокращение бюджетного дефицита за счёт отмены щедрых субсидий (прежде всего на углеводороды) и сокращения госаппарата. Это неминуемо приведёт к росту безработицы и дальнейшему всплеску цен в краткосрочной перспективе. Второй ключевой шаг - отказ от фиксированного курса доллара США и переход к плавающему, что потребует привлечения экстренных займов от МВФ или Латиноамериканского фонда резервов (FLAR) для пополнения резервов и проведения упорядоченной девальвации.

На фоне мрачных экономических прогнозов главным обнадеживающим фактором для изменения ситуации в лучшую сторону являются крупнейшие в мире запасы лития, которыми располагает Боливия. Предыдущее правительство подписало ряд непрозрачных контрактов на разработку литиевых месторождений с китайскими и российскими компаниями. Однако вновь избранный президент страны уже заявил о своем намерении пересмотреть эти соглашения с целью повышения прозрачности, улучшения экологических стандартов и привлечения западных инвесторов. Успешное управление литиевыми ресурсами может стать для Боливии билетом в глобальные цепочки создания стоимости «зелёной» энергетики и основой для долгосрочного диверсифицированного роста. Однако это потребует тщательного баланса между экономическими интересами, защитой суверенитета и социальными требованиями местных сообществ.

Внешнеполитический курс: поиск нового баланса в многополярном мире

Придя к власти, администрация Паса немедленно приступила к пересмотру внешнеполитических ориентиров, стремясь дистанцироваться от идеологически мотивированной дипломатии партии «Движение к социализму» в пользу прагматизма. Наиболее заметным изменением на внешнеполитическом контуре Боливии стал курс на восстановление отношений с США, которые были серьёзно испорчены при Моралесе, выславшем из страны американского посла в 2008 году. Пас, описывая Трампа одним словом - «Сила» (Power), дал понять, что будет выстраивать отношения с Вашингтоном с позиций реализма. Встречи с высокопоставленными представителями Госдепа США и возобновление отношений на уровне послов знаменуют стратегический разворот. Цели очевидны: привлечение инвестиций, стабилизация поставок топлива, сотрудничество в борьбе с наркотрафиком и возможный доступ к финансированию международных институтов. Однако этот курс непопулярен среди части боливийского общества, и предложение о возможном возвращении Управления по борьбе с наркотиками (DEA) уже вызвало резкую критику со стороны профсоюзов производителей коки.

Администрация Паса также намерена осуществить перезагрузку и региональных связей. Новое правительство делает чёткий идеологический выбор в Латинской Америке. Пас провёл видеовстречу с венесуэльской оппозиционеркой Марией Кориной Мачадо и не пригласил на свою инаугурацию лидеров Кубы, Никарагуа и Венесуэлы, что привело к приостановке членства Боливии в Боливарианском альянсе для народов нашей Америки (АЛБА). Вместо этого акцент будет сделан на отношениях с крупными региональными демократиями - Бразилией, Аргентиной и Эквадором, а также на практической работе в рамках субрегионального южноамериканского торгово-экономического объединения (МЕРКОСУР), в которое Боливия вступила в 2024 году. Европейский Союз, долгое время остававшийся стабильным партнёром, также рассматривается как важный игрок, особенно в контексте инвестиций в литиевый сектор и возможной ратификации соглашения ЕС-МЕРКОСУР.

Одной из самых сложных задач для нового правительства страны будет переосмысление отношений с Китаем, который за годы правления МАS стал для Боливии основным торговым партнёром и инвестором. Пас заявляет о намерении углубить коммерческие связи с Пекином, но при этом требует пересмотра и большей прозрачности заключённых с ним контрактов, особенно в литиевой отрасли. Этот баланс между экономической необходимостью и защитой национальных интересов будет крайне хрупким. Боливия, как и многие страны Глобального Юга, оказалась в эпицентре тотального перехода от однополярного мира к многополярному, где «возрастает роль интеграционных объединений», а США уже не доминируют безраздельно. Задача новой боливийской власти заключается в том, чтобы не примкнуть к одному из полюсов, а прагматично лавировать между ними, извлекая выгоду из конкуренции (например, между США, Китаем и ЕС за доступ к литию) и укрепляя сотрудничество в рамках таких форматов, как БРИКС, партнёром которого является Боливия.

Еще одной непростой составляющей ключевых направлений нового внешнеполитического курса Боливии остается сотрудничество с Россией. Хотя администрация президента Родриго Паса Перейры стремится нормализовать отношения с Западом, её подход к РФ носит прагматичный характер и основывается на унаследованных проектах и общей логике многополярности. Главным аргументом в пользу России для Боливии является технологическое предложение (как в атомной, так и литиевой отраслях) и готовность к сотрудничеству без идеологических условий. Перспективы этих проектов, особенно литиевого, напрямую зависят от политической воли нового руководства Боливии и его способности лавировать между глобальными центрами силы. Для российского бизнеса уход эпохи «особых отношений» означает потерю определенных привилегий сотрудничества, которое ранее развивалось в стратегических, но сложных отраслях. Однако и в новой Боливии контакты с Россией не свернутся, хотя существенно трансформируются. Основой сотрудничества станет не идеология, а конкретная экономическая выгода, технологический трансфер и положение в архитектуре многополярного мира. Будущее отношений между странами зависит от способности сторон адаптироваться к новой реальности: Россия должна быть готовой к более жестким переговорам и условиям прозрачности, а боливийское правительство - умело балансировать между конкурирующими партнерами, извлекая максимальную пользу из своего ресурсного и геополитического положения.

После октябрьских выборов 2025 года Боливия вступила в один из самых сложных и решающих периодов своей современной истории. Страна пытается преодолеть острый экономический кризис, внутренний раскол и вписаться в стремительно трансформирующуюся мировую архитектуру. Перспективы этого пути балансируют между обоснованными надеждами и суровой реальностью. С одной стороны, произошедший политический перелом даёт шанс на обновление. Крах почти двадцатилетнего правления партии «Движения к социализму», вызванный внутренним расколом и экономическим кризисом, и приход к власти оппозиции открыли пространство для структурных реформ. Наряду с этим наметился стратегический поворот во внешней политике - от идеологизированной линии «антиимпериалистического блока» к прагматизму. Новое правительство уже предприняло первые шаги по восстановлению отношений с США и дистанцированию от авторитарных режимов, стремясь вернуть стране доверие международных партнёров и привлечь инвестиции. Ключевым активом Боливии остаются колоссальные запасы лития, которые при грамотном управлении могут стать локомотивом экономики и основой для перехода к «зелёной» энергетике. С другой стороны, масштаб экономических проблем беспрецедентен: истощение валютных резервов, высокая инфляция, дефицит топлива и необходимость болезненных реформ. Успех стабилизации зависит от способности власти провести эти непопулярные меры, не спровоцировав нового социального взрыва. Во внешней политике также предстоит сложный баланс. Новый прагматичный курс предполагает не разрыв с Востоком, а его пересмотр: сохранение взаимовыгодных связей с Китаем и Россией (особенно в стратегических проектах, таких как литиевые разработки и ядерные технологии), но на принципах большей прозрачности и экономической целесообразности. Это будет непросто на фоне необходимости укреплять связи с Западом и в условиях конкуренции великих держав за влияние и ресурсы. Наконец, Боливия как партнёр БРИКС оказывается на перекрёстке глобальных трендов. Её дальнейшая интеграция в эту структуру или возможное дистанцирование от неё станут индикатором того, насколько страна сможет использовать многополярность для защиты своих интересов, а не стать ареной чужих противоречий. Таким образом, будущее Боливии будет определяться тем, удастся ли её руководству совместить внутреннюю стабилизацию с внешней гибкостью. Если правительству хватит мудрости и политической воли, чтобы провести необходимые реформы и занять взвешенную позицию в мире, страна сможет преодолеть кризис и заложить основы для устойчивого развития. В противном случае её ждёт новый виток нестабильности. Выбор, который делает Боливия сегодня, - это выбор между надеждой на новое будущее и возвращением к прошлым ошибкам.